– Действительно?
– Уверен, – внезапно Гарри усмехнулся, его губы сложились в безумно веселую улыбку, потому что он увидел ошеломленное выражение на лице мастера зельеварения. Никто не поверит ему, если только они смогут выйти отсюда. Никто не поверит ему, что саркастичный и неприятный сальноволосый мерзавец может быть счастливым и грустным, успокаивающим и пугающим, испуганным, взволнованным и даже ошеломленным, глупо выглядящим. И больше всего никто не поверит ему, что этот мерзавец был, по-видимому, его дядей.
Независимо от того, что Снейп думал о чувствах Гарри, тот был серьезен, говоря, что это его лучший день рождения, и что он получил самый лучший подарок, какой только может быть: он, наконец, узнал тайны своей жизни и нашел то, к чему так отчаянно стремился – семью.
Семью, и не только в теоретическом, но и в очень, очень конкретном смысле этого слова: Северуса, который заботился о нем здесь, в этом аду, который волновался о нем, который делил с ним всю боль и пытки, был братом человека, которого Гарри никогда не знал, более того, даже не подозревал о его существовании две недели назад – Квайетуса, его отца.
Так странно… Впервые он услышал это имя десять дней назад. А теперь… Да, Гарри отлично мог понять отчаяние и возмущение Снейпа, когда Гарри упомянул второе истинное предсказание Трелони. Мог, потому что чувствовал то же самое: они оба были одинаково преданы на долгие, долгие годы, хотя Гарри не знал, кто был предатель. Дамблдор, который, очевидно, все знал и никогда не упоминал об этом ни Гарри, ни Северусу? Или Лили Эванс, его мать, которая рассказала секрет директору, но не хотела позволить узнать его Северусу, Северусу, который спас ей жизнь и пытался спасти жизни и ее семье? Она только вынудила поклясться мужчину, который любил в жизни только своего брата и который, конечно, постарается оказать любую помощь его ребенку, ребенку Квайетуса. Гарри покачал головой, сдерживая горькие слезы. Вероятно, ни один из тех двоих не подозревал о величине печали и боли, которую они причинили этим. Гарри, узнав заботливую сторону саркастичного и резкого мастера зельеварения, был совершенно уверен, что ему дадут любовь и заботу, к которой он очень стремился. И он, Северус, будет любим в ответ, и все в их жизнях будет лучше…
«Будет…» Да, они никогда не узнают, что бы произошло. И все же это была болезненная мысль. Внезапно Гарри почувствовал себя преданным, брошенным и очень сердитым на директора. Он не имел права скрывать эту информацию! Он не имел права действовать таким образом! Как он мог сделать это? Почему Гарри должен был узнать самый важный факт в своей жизни только за несколько часов до смерти? ПОЧЕМУ?
Он громко произнес последние фразы. Гнев дал его избитому телу новые силы, и он вскочил на ноги.
– Северус, что, если мы пришли к неправильному выводу? Конечно, Дамблдор не может быть таким безжалостным… – отчаянно спросил он.
– Простая проверка крови дала бы нам правильный ответ, Гарри, но я не думаю, что мы сможем провести этот тест в своей жизни…
– Нет, Северус. Я решил, что не сдамся так легко. Я буду бороться.
– Как?
– Я еще не знаю. Но я уверен, что не хочу умирать. Я хочу жить. Дать шанс себе, Вам, нам… – крикнул он в расстройстве.
– Мы слишком слабы, Гарри. И если мы хотим как-нибудь выйти, нам, по крайней мере, понадобится палочка.
– Да, я знаю, но… Я только… – он рухнул на пол рядом с Северусом. – Вы можете сделать что-нибудь? Что-то? Вы – взрослый, подготовленный маг, Вы должны что-нибудь придумать!
– А что, ты думаешь, я должен теперь делать? – внезапно рассердился Снейп. – У меня нет палочки. У меня нет зелий. У меня нет идей. Если бы мы могли выйти из этой камеры, мы пошли бы в мою лабораторию на третьем этаже, а там несколько… Но нет, Гарри. Мы НЕ можем выйти!
– МЫ ДОЛЖНЫ ПОПРОБОВАТЬ!
– Как, мистер Поттер? – раздраженно накинулся на него Снейп. – Ты хочешь, чтобы я перебил Пожирателей Смерти, которые придут забрать нас на казнь? Изумительная идея! Но извини, я не только не могу сжать кулаки, в действительности, я не могу даже встать, чтобы запинать их до смерти… А ты? Что ты можешь сделать двоим или большему количеству взрослых здоровых людей без палочки? Ты шатаешься, не ел две недели…
– Да, Вы правы, я знаю, только…
– Только ЧТО? – нетерпеливо выкрикнул Снейп. – У нас нет шанса, – добавил он более мягко через несколько мгновений. – Мне жаль, Гарри.
Прилагая все усилия, Снейп встал и пересек камеру, чтобы успокоиться. Когда он, в конце концов, повернулся, чтобы вернуться в их обычный угол, его глаза заметили в тени кусок дерева. Это было похоже на палочку. Палочку? Моргнув в удивлении, Снейп сделал шаг к предмету и наклонился, чтобы поднять его с пола. Но, как только рука коснулась его, он остановился. Нет. Это, конечно, не палочка. Это был только факел, который они выбросили несколько дней назад. Как жаль… на короткий миг он поверил, что у них осталось немного надежды… Но, похоже, нет.
Он хорошо мог понять яростное желание Гарри освободиться. Это открытие, добавленное к событиям предыдущих дней, привело его к готовности разделить свою жизнь с Гарри. И даже если они ошиблись с их заключением, в действительности это не имело значения. Он любил Гарри из-за него самого, не из-за Квайетуса, он понял это несколько дней назад.
Когда он сел рядом с мальчиком, Гарри заговорил:
– Что Вы там увидели?
– Только факел… – устало усмехнулся Снейп. – На мгновение я подумал, что вижу палочку…
– Палочку… – тоскливым голосом повторил Гарри. – Северус, Вы знаете что-нибудь о создании палочки?
Снейп кивнул.
– Кое-что. Я не эксперт по изготовлению палочек, и я уверен, что Олливандер убил бы меня, если бы услышал мое объяснение… но я расскажу тебе то, что знаю.
– Отлично, – Гарри сконцентрировался на словах Снейпа, чтобы решительно отвлечь себя от приближающегося ужасного будущего.
– Создание палочки требует четырех компонентов: куска дерева, части магического существа, специального зелья и способности к беспалочковой магии у изготовителя палочки. И, конечно, несколько менее важных принадлежностей, чтобы соединить вместе древесину и магическую сердцевину.
– Какой для этого можно использовать вид дерева?
– Любой вид. Есть более распространенные типы, но… в действительности это не имеет значения. Каждое растение имеет волшебные способности, даже обычные, хорошо известные растения. Хотя ты, возможно, не замечал.
– Чего?
– На занятиях я упоминал это, по крайней мере, десять раз. Каждое растение имеет свои волшебные свойства. Я не знаю, существует ли растение, которое я никогда не использовал в своих зельях…
